Чудовище, созданное изобретателем, чей разум был слегка помутнён потерей ценных лабораторных материалов. Желая отомстить вражеской расе, виновной в этой утрате, учёный дерзнул сотворить существо, боевыми качествами превосходящее любого из людей или магмаров. Взяв за основу тушу одного из самых свирепых хищников и тело пленного вражеского воителя, изобретатель добавил органы всевозможных тварей Фэо. Получившийся гибрид не только ужасен на вид и обладает скверным нравом.

Её добыча — лучшие из лучших. Отчаянная воительница преследует их по всему Безмолвному плато и безжалостно разит Мечом павшего героя, заставляя трепетать сердца жителей Фэо.

Отряды големов превращены в каменную крошку её клинком, двери королевской сокровищницы взломаны, сокровища лежат у ног. Самое время поднять золотой кубок за удачу!

Она прибыла на священную землю Мистрас с далёкого Огрия, но очень скоро перестала быть чужой. Её подвиги в тёмных ходах Чистилища заставили джиннов восхищённо качать головами, калифа — осыпать красавицу дарами, а сплетниц мандрагор из леса Диндаат — прикусить свои ядовитые язычки.

Внизу раскинулся Огрий: улицы города занесло снегом, тёплым светом горят окна, все готовятся к празднику. Впереди год Дракона, и огнедышащий ящер благосклонно взирает на прекрасную воительницу — её в ближайшем будущем точно ждут великие подвиги и славные победы.

Что может быть романтичнее ярмарки в облаках? Эта воительница стала настоящей звездой на празднике, устроенном в Небесной долине гномов. Коренастые бородачи ослеплены красотой чужестранки!

Во время атаки она обгоняет своих соратников-мужчин и первой оказывается на вражеской палубе. И пока магмары цепенеют, ослеплённые её красотой, сабля этой воительницы легко разрубает их доспехи и сносит головы.

Лишь на пару мгновений задержалась юная красавица на весенней проталине, чтобы насладиться ароматом первых цветов и дать передохнуть своему питомцу. Но чьи это следы виднеются за ручьём?

Если бы все мужчины, желающие упасть к её ногам, превратились в снежинки, перед этой красавицей выросли бы сугробы до небес.